Александр Андриенко: Все артисты ноют в двух случаях: когда работы много и когда работы нет.

24 мая Московский академический театр им. Вл. Маяковского покажет спектакль-альманах «Истории» (Реж. Е. Перегудов), выпущенный к столетию театра.
Так совпало, что именно 24 мая свой день рождения отмечает актёр Александр Андриенко, исполняющий одну из ролей в «Историях». Мы встретились с актёром, чтоб задать ему несколько вопросов.

— Александр, день рождения для вас любимый праздник? Кроме поздравлений от родных, близких, коллег, отмечаете как-то этот день?
— Нет, никак не отмечаю, это совершенно детский праздник, прекрасный, когда ты в центре внимания, а со временем от грустным становится. Последние лет 20 отмечаю только юбилейные даты, потому что люди могли бы обидеться.
Я люблю в этот день работать, чтобы всякие грустные мысли не посещали, в это день лучше всего сниматься или играть спектакль. У меня лучший день рождения был, когда у меня утром была смена (прим. - съемки), а к 19 я приехал в театр, отыграл спектакль и выжатым лимоном приехал домой, мы с женой «посидели» и всё. В этом году буду работать, играть и очень рад, что спектакль «Истории» – премьера нашего театра в этот день будет.

— Значит, все-таки, планируете отметить?
— У нас такой театр – всё время, день рождения, свадьба, юбилей, премьера, сотый спектакль – у нас не разбегаются в разные стороны. Достаточно часто, после спектакля артисты задерживаются, потому что сегодня или юбилейный спектакль или день рождения, необязательно сегодня – был позавчера, а сегодня мы все встретились. Это в театре Маяковского традиционные, семейные отношения есть, компанейские.

— Если говорить безотносительно дня рождения… как Вы отдыхаете?
— Как мы отдыхаем? (Смеется) ну всё разделилось на «до ковида» и «после ковида». «До ковида» у нас были привычки успеть на море, по возможности, а поскольку мы артисты оба (прим. - супруга Александра – заслуженная артистка России Анна Гуляренко, актриса театра им. Н. В. Гоголя, пара в браке с 1990 г) и графики съемок и гастролей иногда не совпадали, то получалось иногда поодиночке отдыхать, и было большое счастье, когда получалось вдвоем по 7-8 дней. Мы очень любим море, а так мы объездили много-много разных стран.
Вообще, хорошо проводить летний отпуск, когда он сочетается со съемками в каком-то хорошем месте. Я в прошлом году снимался летом в Ярославле, на Волге и в Нижнем Новгороде, по-несколько раз туда за лето съездил и совершенно не пожалел, что я не смог вырваться на море. Потому что это очень здорово: ты и работаешь и с коллегами общаешься, и, при этом прекрасная погода, чудесные, невероятно красивые города – Ярославль и Нижний.

— Расскажите о своем идеальном дне.
— Встать не по будильнику! И чтоб погода хорошая, хотя для меня нет плохой погоды, и в снег и в дождь я очень много всегда «болтался» по Москве, я знаю каждый дом и могу что-нибудь про него рассказать, обожаю московские парки. В любом городе мира самое интересное для меня это сам город, гораздо интереснее, чем любой его самый знаменитый музей. По всем городам, где я был, я ходил – это моё любимое занятие.
Я помню, когда шагомеры только появились, в таких городах, как Рим, Неаполь, я мог пройти 30-35 тысяч шагов за день.

— То есть идеальный день «проснуться не побудильнику» и «гулять по городу»? А чем этот день завершается?
— Ну, хорошо бы и поработать, посниматься, и до смены или после неё можно прогуляться или спектакль играть. Артист отдыхает работая, работает отдыхая.

— В каком темпе Вы сейчас живете?
— В размеренном. Тот темп, когда я мог за месяц с 12 городов нашей необъятной прекрасной Родины посетить и при этом 7 спектаклей сыграть в Москве, в родном театре и при этом еще успевать прибегать в Щукинское училище (прим. - Театральный институт им. Б. Щукина) или в Школу Райкина (прим. - Высшая школа сценических искусств)… И когда 31 день в месяце и все 31 рабочих, причем иногда, в день 2-3 рабочих места ты посещаешь… Сейчас уже хочется поболтаться бесцельно, полежать на диване, но, это, опять же, не долго.
Ну вот 10 отелей за месяц, 6 перелётов или 8 поездов, уже наверное... Хотя не знаю… (Смеется) Я человек крайности. Все артисты «ноют» в двух случаях – когда работы нет, и когда работы много.

— Александр, как часто Вы бываете в театре? Когда последний раз смотрели спектакль из зала, а не из-за кулисы?
— Я часто бываю. Я думаю, спектакля 2-3 в месяц я смотрю. Если очень плотно работаю, могу и ни одного не посмотреть, но зато в другой месяц тогда обязательно на 4-5 схожу. Неделю назад я был на премьере спектакля «Зойкина квартира» в театре им. Пушкина, был на показе спектакля «Собака на сене» Губернского театра.

— Актёры, в большинстве своём, люди тщеславные. Что важно, что имеет значение для Вас? Большие роли, оценки профессионалов, узнаваемость?
— Тщеславие это, всё-таки, отрицательная коннотация. Назовём это честолюбие.

— Хорошо. Так что для Вас важно?
— Ну точно не узнаваемость, потому что даже какая-нибудь узнаваемость может быть всерьёз не подкреплена профессией. Самое важное это оценка коллег, особенно уважаемых, которых ты сам считаешь большими авторитетами для себя и у которых хочется чему-то научиться, что-то позаимствовать в свой арсенал. Очень важна и живая реакция зрителей, которые «здесь и сейчас» сидят, а ты играешь на сцене. Это вообще самое дорогое, это даже не про честолюбие, это театральный кайф!

— Поговорим о работе в кино. Можете убедить режиссёра снимать именно Вас?
— Нет, нет, никогда! Я до сих пор не понимаю, как это?

— Ну есть такие артисты, которые себя прям «продают»: «Возьмите меня». Это стыдно?
— Нет, просто это есть какая-то правильная форма, она может быть немножко устаревшая, но нас так учили…

— Как «так»?
— Позовут, если будешь нужен.

— От какой роли Вы откажетесь? Есть какая-то роль, которую ни при каких обстоятельствах Вы не будете играть?
— Ну, какой-то маньяк, который проливает реки крови… наверное, я бы не захотел такую роль играть. Отвратительно садиста, маньяка.

— А за хорошие деньги?
— Я не голодаю (смеётся). Кстати, этот вопрос, про деньги, он у меня не входит в «тройку призёров». Главное – сценарий, партнеры, режиссёр, локация… На Волге, на Чёрном море или на Алтае. Вот это важно.

— В вашей профессии есть такой дликатный момент, когда актёр взрослеет, в нём появляется мудрость, опыт и он становится чуть-чуть режиссёром, он понимает «как нужно сделать правильно». Вы часто отпорите с режиссёром и учите его «как надо»?
— Нет, учить я никого не учу, естественно. Но с самых младых ногтей мне не хватало мозгов иногда промолчать, когда я считал, что режиссёр не точен в разборе. Я со своим мнением мог вылезти и «по шапке» мог в молодости получить. Я не могу вспомнить ни одного режиссёра, с которым я хотя бы разочек не поспорил (смеётся). Это в театре. В кино больше производства, поэтому на площадке это противопоказано, это невозможно, а в театре, где репетируют, долго разбирают, обсуждают, я и поспорить мог. Но я старался это делать деликатно, это как бы мой голос в оркестре, у которого есть дирижёр, но один из инструментов тоже имеет своё мнение по любому поводу (смеётся). Но это не желание поучить, а просто хочется, чтоб в результате было здорово.

— Есть такое театральное клише: если артист перестал волноваться перед выходом на сцену, уходи из профессии. Какое ваше отношение к этому тезису? Вы волнуетесь или нет?
— Я бы назвал это не волнением, не стрессом, а куражом. Волнение есть, но, волнение молодого человека, который идёт к девушке на свидание и волнение подчинённого, который идет на «разнос» к начальнику, это разные волнения.

— У Вас какое?
— У меня только первое.

— Александр, я не знаю, мы не обидим никого следующим вопросом? Какой самый запоминающийся партнёр в театре или в кино, с которым Вам удалось поработать. Вот самый-самый, не 10, а один. Или мы кого-то заденем этим?
— Гаркалин! Никого не заденем. Гаркалин. С ним очень клёво было играть, он идеальный партнер, он «слышит», «видит», он остроумен.

— У Вас же был спектакль на двоих? (прим.- «Стриптиз» С. Мрожек)
— Мы его играли 23 года. В России не было такого спектакля, который два артиста играют 23 года. Были спектакли, которые по 50-80 лет шли, но там артисты менялись десятками или сотнями. А тут играли два человека.

— Александр, мы уже краешком разговора затронули Вашу супругу. Мы её знаем, как замечательно актрису Анну Гуляренко. Вы несколько раз встречались на съёмочной площадке. Сложно работать вместе? Или наоборот здорово?
— Это кайф. Полнейший кайф! А на сцене мы не встречались с 1989 года.

— А что было до 1989 года?
— В театре им. Н. В. Гоголя мы играли несколько спектаклей вместе. У нас даже был спектакль «Аристофан», где мы с Анной играли влюблённых.

— Вы появлялись вместе в нескольких киноработах. Как это получается? Кто-то кого-то предлагает или как это происходит?
— Нет! Ну знают же, что такая пара есть…

— То есть это не так, что пригласили Вас, а Вы говорите: «А меня ещё жена-актриса есть» или наоборот?
— Нет, нет. Как правило, спрашивают: «Вы не против мужа с женой сыграть.?» Я шучу: «Вы хотите на водителе сэкономить? Пожалуйста, мы вам эту возможность предоставим – присылайте один автомобиль. И нужен один номер в гостинице». (Смеётся) Ну это я шучу. А на самом деле и нам комфортно и группе комфортно. Гипотетически, если б сказали: «У тебя по сценарию жена есть, ты можешь кого-нибудь предложить?», конечно бы я Анну на эту роль предложил первым делом, но сам лезть не стал бы.

— В заключение нашей беседы такой вопрос: какие спектакли из текущего репертуара Театра им. Вл. Маяковского (не обязательно с Вашим участием) Вы посоветуете посмотреть?
— Из тех спектаклей, в которых я не занят, мне очень нравится «Август: графство Осейдж», где играют Евгения Симонова и Анна Ардова. Мне нравится спектакль «Все мои сыновья», там потрясающая, почти трагическая роль у Ольги Прокофьевой. Спектакль «Любовь по Маркесу» Егора Михайловича Перегудова, это его первый спектакль в театре.
Из того, в чём я занят, наверное, я позвал бы на «Истории», «На всякого мудреца довольно простоты», «Цену», «Отцы и сыновья» Леонида Хейфеца, где я тоже играю. Там два состава и у меня была возможность со стороны посмотреть, я и как зритель его люблю и изнутри, мне там хорошо.